Хива стоит на краю Каракумов, в 30 километрах от Амударьи, и из всех городов Шёлкового пути сохранилась лучше всего. Внутренний город Ичан-Кала целиком обнесён глинобитной стеной, внутри стоят 50 с лишним памятников XIV-XIX веков, и в них до сих пор живут люди. Этот текст о том, как город дошёл до такого состояния: от хорезмийской крепости до столицы ханства, работорговли, русского протектората и музея-заповедника. Как добраться и что смотреть, вынесено в путеводитель по Хиве.
Хорезм до ислама
Хорезм, оазис в низовьях Амударьи, был отдельной страной задолго до арабов: со своим языком, календарём и зороастрийскими храмами огня. Хива в этом оазисе была одной из многих крепостей, и первые семь веков её истории известны в основном по раскопкам.
Колодец Хейвак и первые стены
Легенда выводит название города от колодца Хейвак, который якобы выкопал Сим, сын Ноя; колодец показывают во дворе у северной стены Ичан-Калы и сегодня. Археология скромнее. Нижние слои под стенами дают V-IV века до нашей эры, то есть город примерно ровесник Самарканда, но до XVI века он оставался второстепенным. Главные центры древнего Хорезма стояли севернее, на правом берегу Амударьи, и это те самые крепости в пустыне Кызылкум, Топрак-Кала и Аяз-Кала, куда теперь возят на однодневную экскурсию.
Место на Шёлковом пути
Хорезм лежал на северной ветке пути, той, что шла из Бухары через Амударью к Каспию и дальше на Волгу. Караваны везли на север шёлк, хлопок и сушёные фрукты, обратно меха, воск, мёд и рабов. Хива на этой дороге была перевалочным пунктом перед пустыней: последняя вода и последний базар на три-четыре дня пути до следующего колодца. Торговый караван-сарай у восточных ворот Палван-Дарваза стоит на том же месте, где караваны вставали на ночлег и в X веке.
Средневековье и первые медресе
Между VIII и XV веками Хорезм сменил десяток хозяев, от арабских наместников до Тимура. Для Хивы это время почти не оставило построек, но именно тогда сложилось то, что потом заполнило Ичан-Калу: ислам, медресе как тип здания и традиция майолики.
Арабы, Саманиды и Хорезмшахи
Арабы взяли Хорезм в 712 году. Ислам прижился не сразу: ещё в X веке арабский путешественник Ибн Фадлан, проезжая через Хорезм на Волгу, жаловался на холод и на местных, которые говорили на непонятном ему языке. Зато к XI веку Хорезм дал исламскому миру двух учёных первой величины, математика аль-Хорезми, от имени которого произошло слово «алгоритм», и энциклопедиста аль-Бируни. Оба родились не в Хиве, а в столичных городах Хорезма, но Хива до сих пор считает их своими.
Монголы и Тимур
В 1221 году Хорезм разорил Чингисхан, который мстил хорезмшаху за убитых послов. Столица Гургандж была стёрта, и Хива, маленький город в стороне, пострадала меньше. При Золотой Орде Хорезм стал её южной провинцией и неплохо торговал, пока в 1388 году Тимур не прошёлся по нему снова, уводя мастеров в Самарканд. От всего этого периода в Хиве осталось одно здание: мавзолей Саида Алауддина начала XIV века, самый старый памятник Ичан-Калы, с майоликовым надгробием, которое стоит искать специально.
Хивинское ханство
Три с лишним века, с конца XVI до 1920 года, Хива была столицей собственного государства. Это самый важный период в её истории и единственный, который можно увидеть целиком: почти каждое здание внутри стен построено ханами и для ханов.
Как Хива стала столицей
Своим возвышением Хива обязана реке. В XVI веке Амударья сменила русло, и старая столица Хорезма, Гургандж (нынешний Куня-Ургенч в Туркмении), осталась без воды. Ханы из узбекской династии Шибанидов перебрались южнее и около 1598 года сделали столицей Хиву. С этого момента и до 1920 года здесь правило Хивинское ханство, последние двести лет под династией Кунгратов. Почти всё, что стоит в Ичан-Кале, построено при них, в основном в XIX веке.
Чем жило ханство
Хива XVIII-XIX веков была известна в России и Персии прежде всего невольничьим рынком, крупнейшим в Средней Азии. Туркменские отряды угоняли персов с юга и русских с Урала и Каспия, а в Хиве их продавали; к середине XIX века в ханстве насчитывали десятки тысяч рабов. Этот рынок и стал поводом для русских походов. Внутри стен при этом строили: ханы Аллакули и Мухаммад Рахим II возвели медресе, караван-сарай, дворец Таш-Хаули с гаремом на 160 комнат и начали минарет Кальта-Минор, который так и остался обрубком в 26 метров, когда хан погиб в 1855 году. Хан Мухаммад Рахим II, он же поэт Феруз, в 1874 году завёл в Хиве первую в Средней Азии литографскую типографию.
Протекторат России и советские годы
Полвека под Россией и семьдесят лет при Советах Хива прожила на обочине. Для людей это было тяжёлое время, для старого города — спасительное: его не перестраивали, потому что некому и незачем было, а потом объявили заповедником.
Поход 1873 года
Россия ходила на Хиву трижды. Отряд Бековича-Черкасского в 1717 году был уничтожен хивинцами целиком, зимний поход Перовского 1839 года развернулся в снегах, не дойдя до города. Удался только третий: в мае 1873 года войска генерала Кауфмана вошли в Хиву с трёх сторон. По Гендемианскому договору хан сохранил трон, но стал вассалом, отдал правый берег Амударьи, выплатил контрибуцию в 2,2 миллиона рублей и отменил рабство. Хива осталась отдельным государством на карте империи, с собственными деньгами и законами, до самого 1920 года.
Хорезмская республика и Узбекская ССР
В феврале 1920 года Красная армия свергла последнего хана, и на два года Хива стала столицей Хорезмской народной советской республики. В 1924 году при размежевании Средней Азии её включили в Узбекскую ССР, причём столица области переехала в Ургенч, а Хива превратилась в райцентр. Для старого города это обернулось удачей: строить ничего не стали, мечети закрыли и приспособили под склады, а в 1967 году Ичан-Калу объявили музеем-заповедником и начали реставрировать. Жителей из части домов выселили, но большинство осталось.
Хива сегодня
Сегодня Хива живёт туризмом и хлопком, причём туризм с каждым годом важнее. Внутри стен открываются гостевые дома в старых особняках, а в ремесленных мастерских снова режут по дереву и ткут шёлк, как в XIX веке, только уже для гостей.
ЮНЕСКО и туризм
В 1990 году Ичан-Кала первой в Узбекистане вошла в список Всемирного наследия ЮНЕСКО, раньше Бухары и Самарканда. После 2016 года, когда страна открыла границы и отменила визы для большинства европейцев, поток гостей вырос в несколько раз. В сезон, с апреля по май и с сентября по октябрь, внутри стен тесно от групп, в июле при 42 градусах пусто, в январе снег на куполах и почти никого. Единый билет во все музеи Ичан-Калы стоит около 150 тысяч сумов и действует два дня. В сезон экскурсию по Ичан-Кале с русскоязычным гидом лучше бронировать за несколько дней, гидов в городе немного.
Что осталось от каждой эпохи
Хива удобна тем, что всю её историю можно пройти ногами за полдня. Гиды водят примерно по этому же кругу, обзорная экскурсия по Хиве занимает около трёх часов. Колодец Хейвак и мавзолей Саида Алауддина за домонгольское и монгольское время. Цитадель Куня-Арк с ханской приёмной за ранних ханов. Джума-мечеть с 213 деревянными колоннами, из которых десяток вырезан ещё в X-XII веках и перенесён из старых построек. Дворец Таш-Хаули, медресе Аллакули-хана и минарет Кальта-Минор за XIX век. Железные ворота и русская школа у западного входа за протекторат. А вечером, когда группы уезжают в Ургенч, остаются те, кто здесь живёт: дети на велосипедах у Кальта-Минора и старики на суфе у мечети. Это и есть главный аргумент ЮНЕСКО: Хива не декорация, а город, в котором две тысячи лет не прерывалась жизнь.
Внутри стен сейчас около 300 семей, а в день на минарет Ислам-Ходжа, самый высокий в городе, поднимаются несколько сотен человек. Высота 57 метров, 118 ступеней в темноте, и сверху видны одновременно купола XIX века, хлопковые поля и жёлтая кромка Каракумов на горизонте. На этот подъём стоит оставить последний час светового дня.
